Гармония Китайского сада

Ландшафтное искусство Китая с давних пор переплетено с учением фэн-шуй. Его задача — достижение гармонии и баланса энергий ян и инь во времени и пространстве. Главная цель создания рукотворных пейзажей со всеми их атрибутами — приобщение человека к духовному началу, берущему свои истоки в природе. Истинные мастера добивались впечатления бесконечности пространства, разделяя сад на множество частей стенами, экранами, проемами, мостами, позволяя видеть бесконечное разнообразие и изменчивость мира.

В садах Китая активно использовалось построение пейзажных картин как для созерцания из дома, так и для умиротворяющих прогулок не только по саду, но и «внутрь самого себя». Ландшафтный фэн-шуй сформировался прежде интерьерного на базе тысячелетних наблюдений за природными явлениями и систематизации знаний по астрономии, астрологии, медицине, биоэнергетике, а также на основе учения о дао, конфуцианского учения о добродетели и теории геомантии. Формирование садово-паркового искусства неотделимо от общего развития китайской культуры и многовекового учения фэн-шуй. Весь багаж знаний, которым располагает фэн-шуй, предназначен для решения главной задачи — создать среду обитания человека с учетом всего многообразия воздействия природных факторов и на основе накопленных знаний.

Как пишет Гюнтер Сатор в книге «Фэн-шуй садового участка», «сад воспроизводит образ природы в целом, выражая особенности совершаемых в ней перемен, выявляя текущие в ней силы движения и покоя в их гармоническом взаимодействии, которые выражают яркое стремление передать в обобщенной форме все важнейшие особенности национального ландшафта с его горами, реками, озерами и лесами, зарослями бамбука, улавливая гармонию дыхания ритмов вселенной». Ни один китайский сад не обходится без архитектурных сооружений: беседок, павильонов, навесов и галерей, башен и мостов различных форм, каменных лодок, арочных и круглых проходов в стенах, пагод, органично включенных в композицию, образующих единое целое с окружающей природой. Пространство сада нельзя охватить одним взглядом, оно поэтапно «развертывается», подобно свитку, создавая эффект бесконечной смены впечатлений.

Особое значение отводится оформлению стен и проемов. Каждый уголок украшают различные по форме и смыслу проемы. В обычных китайских садах нечасто применялись прямоугольные варианты. Самыми распространенными были круглые, так называемые «лунные ворота». Круг -символ неба — с древнейших времен вошел в систему образов китайского искусства. Круглые ворота были также своего рода зеркалом, в котором отражался весь мир. В затененной стене они служили источником света, притягивая внимание и взгляд посетителя. Так стена в саду все сильнее уподоблялась картине.

Столбы, на которые опиралась крыша галереи, создавали определенный ритм движения, в их нижней части были встроены ряды сплошных скамеек, на которых путник мог отдохнуть и оглядеться вокруг. Утонченной культуре созерцания отвечали и многочисленные мосты, перекинутые через овраги. Связывая различные части сада между собой, они во многом дополняли и развивали функцию галерей.

Разнообразные в своих конструктивных решениях мраморные, деревянные или каменные мосты никогда не были подчинены только утилитарным целям. Изгибаясь дугой над гладью воды и образуя вместе с отражением замкнутое кольцо, мост создавал новый эффект — способствовал зрительному увеличению пространства. Как и в живописи, в китайском саду обязательными и важнейшими природными мотивами были горы и водоемы, олицетворяющие главные начала мироздания вселенной — силы ян и инь, означающие свет и тьму, силу и слабость, мужскую и женскую энергию, всегда взаимодополняющие друг друга.

Использование в ландшафте сада воды относится к ключевым особенностям китайского сада. Водная поверхность и соединенная с ней береговая линия должны максимально приближаться к естественным природным очертаниям. Если рассматривать китайский сад с позиции даосской философии, то камень во всех его проявлениях — это символ ян, а сама вода в озере, спокойная и безмолвная, — это инь.

Ян и инь

Камни и вода — главные герои китайского сада, выражающие единство и противоположность ян и инь. Положительное светлое мужское начало ян олицетворялось горой или камнем, отрицательное темное женское начало инь — водой. В образе природы все изобразительные мотивы возведены в степень символа: гора — кости природы, вода — ее кровь. Обязательное введение в композицию сада камней и воды позволяло осознать единство и противоположность сил природы, ее стихийную мощь.

 

Камни и скалы

Камням приписывалась магическая и сверхъестественная сила. Холмы, скалы, нагромождения глыб почитались как источник плодовитости женщин. Гора из камней ассоциировалась с образом мира, моделью вселенной, поэтому их присутствие в пейзаже предполагало приобщение пространства к космосу, умение выявить внутренние закономерности жизни природы, ее ритмы и «дыхание». Воплощающие стихийную мощь природы камни подбирались так, чтобы в облике ощущалась магическая сила гор, способная продлевать жизнь человека. Камни являются предметами созерцания, поклонения, их слушали. А необычная форма порождала представление об их тотемном значении, считалось, что они наделены человеческими качествами. Мастер-устроитель сада создавал гармонию покоя, исходя из особенностей рельефа местности, очертания озер, величины садового пространства. Камни могли стоять в одиночестве, устремляясь ввысь, образовывать многоплановые каменные ландшафты, оформлять береговую линию, создавать острова, служить экранами, столами, скамьями. Мастера, работая с камнями, говорили, что они, как и люди, должны общаться между собой. Нагромождение камней должно было воплощать мощь природы. Сложный и порой очень высокий горный ландшафт, увенчанный беседкой, требовал большого мастерства.

Камни, деревья, строения и вода должны гармонично сочетаться друг с другом в саду и открываться перед посетителем, подобно деталям пейзажного свитка. Большие и малые камни обязаны уравновешиваться и подчиняться друг другу, как хозяин и гость или как хозяин и слуга.

 

Безмятежная водная гладь

В китайском саду помимо гор и камней должны находиться и водоемы. Для китайцев ручьи, пруды и озера являются не только украшением, но и гармоническим дополнением гор, как жена мужа. Вместе они означали содружество важнейших элементов мироздания — мужского и женского начал. Горы — твердые, могучие, сильные — воплощали мужское начало, вода — слабая, мягкая, податливая -женское. Озеро-водоем — это сердце сада. Полого спускающиеся берега мастера намеренно делали неровными, они выглядели словно изрезанными, что зрительно увеличивало размеры озера и береговой линии. Картину дополняли плакучие ивы, нависавшие над водой, камни, как будто случайно разбросанные по берегу близ воды, красные рыбки, оживляющие спокойную гладь озера, заросли лотосов, создающие живописные зеленые ковры, а также павильоны и беседки, отражающиеся в воде и дополняющие мирную красоту ландшафта. Спокойная и гладкая стоячая вода была олицетворением покоя. Водопады и ручьи являлись символом жизненной энергии, и по этой причине далеко не часто использовались фонтаны, так как в них проявлена нотка насилия над природой.

Чаще всего в садах применялись эффекты неподвижной, словно застывшей воды, окруженной деревьями, камнями и скалами. Тишина и покой озерного ландшафта подчеркивались маленькой хижиной или беседкой на берегу. Остров, словно затерянный в водных просторах, со своими беседками и павильонами, омываемыми волнами и окруженными деревьями, являлся необходимым зрительным центром. Террасы и мостики, отражаясь в воде, создавали магический эффект созвучия со стихиями неба и воды. Ничто не строилось, пока не была закончена работа над озерным ландшафтом. Так, водоем с островами и горы камней вокруг воды становились основой китайского сада, ручьи и источники питали своей энергетикой озеро-водоем. Красоту озер дополняли мосты, крытые галереи, окаймляющие берега, небольшие павильоны, как бы входящие в озеро и дающие ощущение приобщенности к водной стихии. Эффект прохлады создавали деревья на берегу и листья лотоса, хранящие капли росы или дождя. Магическая, притягательная власть воды полностью осознавалась мастерами сада. Наполня! сад жизнью, она вводила в круговорот вечного движения все его элементы, омывая камни и деревья, стены домов, отражая небо и облака, а осенью охотно принимая падающие листья.

 

Растения китайского сада

Огромное внимание уделялось подбору деревьев, кустарников и цветов. Традиционные китайские сады отличались разнообразием растительности, имевшей, подобно всем элементам сада, и утилитарную, и символическую, и эстетическую значимость. Особое место в них занимали плодовые деревья и кустарники, образующие свою зону. Рядом с водоемами, каменными горками, как правило, высаживались только определенные виды. Они связывались с системой установленных символов, нравственных правил, эстетических и этических взглядов, сложившихся на протяжении веков. При выборе растений учитывались их изменения на протяжении разных сезонов.

Особенно почитались вечнозеленые виды, сохраняющие свою жизненную силу в зимний период, — сосна, бамбук и кипарис, символизирующие благородство, стойкость, жизненную мудрость и долголетие. Гнущийся, но не ломающийся на ветру бамбук, противостоящий ураганам и ненастьям, олицетворял представление о благородном человеке, способном выдерживать удары судьбы. Сосна, бамбук и рано расцветающая слива мэйхуа вместе почитались как «три друга холодной зимы». Отцветала слива, и наступало время цветения персика и граната. Персик — символ долголетия, красные цветы граната означали спокойствие, счастье и благополучие. Летом расцветали кусты магнолии, бегонии и гортензии. С наступлением осени краснели листья клена, а по всему саду разносился райский аромат коричного дерева, цветущего мелкими желтыми цветками. Зимой оголенные ветви усиливали графичность очертаний, создавая новые ощущения от пространства, особенно выявляя его композиционную согласованность. Летом каждый сад обретал особую интимность и индивидуальность, сквозь прорези в стенах открывались невиданные прежде картины. Одиночное растение или группа занимали в саду свое наиболее выгодное для обозрения место. Красивое дерево могло стать основой композиции. У озера высаживали ивы, гибкие ветви которых уподоблялись красоте танцующей девушки. Их густые кроны, спускающиеся к самому озеру, создавали ощущение прохлады. У самого дома высаживали растения с широкими листьями, такие как банан, который воспроизводил успокаивающую душу «музыку дождя». Бамбук обычно высаживали у стены или близ окон павильонов. При создании сада обязательно учитывалось пропорциональное и цветовое соотношение деревьев с камнями, водоемами, архитектурными сооружениями, проемами в стене. Определенную роль играли оттенки зелени — более темной в глубине сада и более светлой на переднем плане, что усиливало впечатление пространственной протяженности. Как и в китайской пейзажной живописи, цвета садовых растений тонко согласованы друг с другом, в них отсутствует пестрота, а внимание мастера обращено главным образом на красоту и необычность форм, порождающих ощущение древности игрой света и тени — ян и инь. Особенно ценятся искривленные непогодой старые деревья, вызывающие чувство забытое и случайности, а мертвые засохшие деревья символизируют как начало, так и конец жизни, как рождение, так и смерть, которые являются неотъемлемой частью существования мира.

 

 

Запись опубликована в рубрике Ландшафтное проектирование. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Комментарии запрещены.